Во времена, когда Петровича еще не называли по батюшке, он был очень падок на дам и не пропускал ни одной юбки, а девушки любили его - высокого, статного, крепкого, да при том еще и внимательного. Годы шли, а парень все не женился, предпочитая пользоваться преимуществами холостяцкой жизни вечно. Перспектива остаться холостяком его до сих пор не пугала, но возраст начал сказываться: из-за проблем с потенцией он сначала несколько раз оказался в неловкой ситуации, а затем перестал подкатывать к барышням.

Сам себе Петрович теперь казался жалким и беспомощным: понимая, что рано или поздно это случится, он всегда надеялся, что это случится несколько позже. Масла в огонь добавляло и то, что в зрелом возрасте он уже цеплял не студенток, а дам постарше, которые объективно были не такими уж горячими. Это и навело мужика на мысль о том, что его последним шансом станут казанские проститутки: он пригласит сразу двух молодок и попросит их устроить ему лесбийское представление. Если и это не поможет, думал Петрович, тогда придется окончательно признать себя старым и выходить на половую пенсию.

Технологии выручили мужчину: он довольно легко нашел в Казани девушек, оказывавших услуги клиентам именно вдвоем, в том числе - в виде перформанса между собой. В условленный час они приехали к нему, и, хотя годились ему в дочери, сумели скрыть свое удивление желанию старпера тряхнуть сединой.

Он расположился в полутьме кресла с бокалом спиртного в руке и смотрел, как на освещенном лампой диване барышни раздевают друг друга, не забывая ласкать губами шею партнерши. С эстетической точки зрения это выглядело очень красиво, но в штанах пока ничего не шевелилось, и он ждал, что будет дальше.

• Хотите к нам? - спросили его девчонки, уже голые, с шаловливыми ручонками в промежности друг друга, но он только покачал головой и попросил продолжать.

Тогда одна из них легла на спину и позволила второй макнуться лицом в ее промежность. Непохоже было, что пассивная сторона имитирует удовольствие - кажется, ее подруга точно знала, что нужно делать, потому что лежащая девушка вскоре начала дрожать и извиваться, издавая громкие страстные стоны. Они были настолько искренними, что достигли глубины души Петровича, заставив что-то шевельнуться не только там, но и в брюках, и мужик, встав со своего кресла, двинулся к дивану, чтобы стать третьим.